Главная ~ Стихи писателей 18-20 века ~ Владимир Набоков
Стихи Владимира Набокова
О, как ты рвешься в путь крылатый,
безумная душа моя,
из самой солнечной палаты
в больнице светлой бытия!
безумная душа моя,
из самой солнечной палаты
в больнице светлой бытия!
В полнолунье, в гостиной пыльной и пышной,
где рояль уснул средь узорных теней,
опустив ресницы, ты вышла неслышно
из оливковой рамы своей.
где рояль уснул средь узорных теней,
опустив ресницы, ты вышла неслышно
из оливковой рамы своей.
По саду бродишь и думаешь ты.
Тень пролилась на большие цветы.
Звонкою ночью у ветра спроси:
так же ль березы шумят на Руси?
Тень пролилась на большие цветы.
Звонкою ночью у ветра спроси:
так же ль березы шумят на Руси?
Нам, потонувшим мореходам,
похороненным в глубине
под вечно движущимся сводом,
являлся старый порт во сне:
похороненным в глубине
под вечно движущимся сводом,
являлся старый порт во сне:
Простая песня, грусть простая,
меж дальних веток блеск реки,
жужжат так густо, пролетая,
большие майские жуки.
меж дальних веток блеск реки,
жужжат так густо, пролетая,
большие майские жуки.
Всплывает берег на заре,
летает ветер благовонный.
Как бы стоит корабль наш сонный
в огромном, круглом янтаре.
летает ветер благовонный.
Как бы стоит корабль наш сонный
в огромном, круглом янтаре.
Нищетою необычной
на чужбине дорожу.
Утром в ратуше кирпичной
за конторкой не сижу.
на чужбине дорожу.
Утром в ратуше кирпичной
за конторкой не сижу.
Я на море гляжу из мраморного храма:
в просветах меж колонн, так сочно, так......
бьет в очи этот блеск, до боли голубой.
Там благовония, там — звоны, там — прибой,
в просветах меж колонн, так сочно, так......
бьет в очи этот блеск, до боли голубой.
Там благовония, там — звоны, там — прибой,
Плясать на льду учился он у музы,
у зимней Терпсихоры... Погляди:
открытый лоб, и черные рейтузы,
и огонек медали на груди.
у зимней Терпсихоры... Погляди:
открытый лоб, и черные рейтузы,
и огонек медали на груди.
И в Божий рай пришедшие с земли
устали, в тихом доме прилегли...
Летают на качелях серафимы
под яблонями белыми. Скрипят
устали, в тихом доме прилегли...
Летают на качелях серафимы
под яблонями белыми. Скрипят
I
По водам траурным и лунным
не лебедь легкая плывет,
плывет ладья и звоном струнным
По водам траурным и лунным
не лебедь легкая плывет,
плывет ладья и звоном струнным
Великий выход на чужбину,
как дар божественный, ценя,
веселым взглядом мир окину,
отчизной ставший для меня.
как дар божественный, ценя,
веселым взглядом мир окину,
отчизной ставший для меня.
Стоишь ли, смотришь ли с балкона,
деревья ветер гнет и сам
шалеет от игры, от звона
с размаху хлопающих рам.
деревья ветер гнет и сам
шалеет от игры, от звона
с размаху хлопающих рам.
Под тонкою луной, в стране далекой, древней,
так говорил поэт смеющейся царевне:
Напев сквозных цикад умрет в листве олив,
погаснут светляки на гиацинтах смятых,
так говорил поэт смеющейся царевне:
Напев сквозных цикад умрет в листве олив,
погаснут светляки на гиацинтах смятых,
Отвяжись, я тебя умоляю!
Вечер страшен, гул жизни затих.
Я беспомощен. Я умираю
от слепых наплываний твоих.
Вечер страшен, гул жизни затих.
Я беспомощен. Я умираю
от слепых наплываний твоих.
Ночь дана, чтоб думать и курить
и сквозь дым с тобою говорить.
Хорошо... Пошуркивает мышь,
много звезд в окне и много крыш.
и сквозь дым с тобою говорить.
Хорошо... Пошуркивает мышь,
много звезд в окне и много крыш.
Стихи:
Афоризм дня:
«Поэты — непризнанные законодатели мира.» - (Перси Биши Шелли)