* * *
Слышишь - мчатся сани, слышишь - сани мчатся.
Хорошо с любимой в поле затеряться.
Ветерок веселый робок и застенчив,
По равнине голой катится бубенчик,
Эх вы, сани, сани! Конь ты мои буланый!
Где-то на поляне клен танцует пьяный.
Мы к нему подъедем, спросим - что такое?
И станцуем вместе под тальянку трое.
Хорошо с любимой в поле затеряться.
Ветерок веселый робок и застенчив,
По равнине голой катится бубенчик,
Эх вы, сани, сани! Конь ты мои буланый!
Где-то на поляне клен танцует пьяный.
Мы к нему подъедем, спросим - что такое?
И станцуем вместе под тальянку трое.
Опубликовано в издании:
Сергей Есенин.
Ростов-на-Дону: Феникс, 1997.
Количество просмотров: 102
Метки: Серебряный век © Сергей Есенин
Лучшие стихи «Сергея Есенина»:
Я усталым таким еще не был
В эту серую морозь и слизь
Мне приснилось рязанское небо
И моя непутевая жизнь.
В эту серую морозь и слизь
Мне приснилось рязанское небо
И моя непутевая жизнь.
Мир таинственный, мир мой древний,
Ты, как ветер, затих и присел.
Вот сдавили за шею деревню
Каменные руки шоссе.
Ты, как ветер, затих и присел.
Вот сдавили за шею деревню
Каменные руки шоссе.
Тяжело и прискорбно мне видеть,
Как мой брат погибает родной.
И стараюсь я всех ненавидеть,
Кто враждует с его тишиной.
Как мой брат погибает родной.
И стараюсь я всех ненавидеть,
Кто враждует с его тишиной.
День ушел, убавилась черта,
Я опять подвинулся к уходу.
Легким взмахом белого перста
Тайны лет я разрезаю воду.
Я опять подвинулся к уходу.
Легким взмахом белого перста
Тайны лет я разрезаю воду.
Не ветры осыпают пущи,
Не листопад златит холмы.
С голубизны незримой кущи
Струятся звездные псалмы.
Не листопад златит холмы.
С голубизны незримой кущи
Струятся звездные псалмы.
Тихий ветер. Вечер сине-хмурый.
Я смотрю широкими глазами.
В Персии такие ж точно куры,
Как у нас в соломенной Рязани.
Я смотрю широкими глазами.
В Персии такие ж точно куры,
Как у нас в соломенной Рязани.
Стихи:
Афоризм дня:
«Я лучше, чем когда-либо, сознавал, что человечество не заслуживало жизни, что вымирание этого вида — со всех точек зрения благая весть; и всё же эти разрозненные, истлевающие реликты внушали какое-то скорбное чувство. » - (Уэльбек)