Главная ~ Афоризмы ~ Поиск по авторам ~ Цвейг

Сомнение - это злейший враг человеческого знания.

Кто однажды обрел самого себя, тот уже ничего на этом свете утратить не может. И кто однажды понял человека в себе, тот понимает всех людей. 

Нет вражды страшнее, чем та, когда сходное борется со сходным, побуждаемое одинаковыми стремлениями и одинаковой силой.

Великое отчаяние всегда порождает великую силу. 

На человека, которого довели до того, что он даже не боится быть смешным, столь же мало можно положиться, как и на преступника.  

Духовное значение подвига никогда не определяется его практической полезностью. Лишь тот обогащает человечество, кто помогает ему познать себя, кто углубляет его творческое самосознание. 

Как в политике одно меткое слово, одна острота часто воздействует решительнее целой демосфеновской речи, так и в литературе миниатюры зачастую живут дольше толстых романов. 

Лишь удар, отбрасывающий назад, придает человеку всю его наступательную силу. 

Ни один враг не знает лучшего лекарства для усталого тела и души, как надежда.  

Великие и благие дела всегда сплачивают людей. 

Лишь тот постигает жизнь, кто проникает в ее глубины.

Страсть способна на Многое. Она может пробудить в человеке небывалую сверхчеловеческую энергию. Она может своим неослабным давлением выжать даже из самой уравновешенной титанические силы. 

Судьба — самый гениальный поэт.

Нет наиболее безнадежного занятия, чем рисовать пустоту, нет ничего труднее, как живописать однообразие. 

Пафос позы не служит признаком величия; тот, кто нуждается в позах, обманчив. Будьте осторожны с живописными людьми.

Любое великое деяние отдельного народа совершается для всех народов.

Историческое деяние бывает закончено не только когда оно свершилось, а лишь после того, как оно становится достоянием потомков. 

Когда между собакой и кошкой возникает дружба, то это не иначе как союз против повара.

Творческая личность подчиняется иному, более высокому закону, чем закон простого долга. Для того, кто призван совершить великое деяние, осуществить открытие или подвиг, двигающий вперед все человечество, — для того подлинной родиной является уже не его отечество, а его деяние. Он ощущает себя ответственным в конечном счете только перед одной инстанцией — перед той задачей, которую ему предназначено решить, и он скорее позволит себе презреть государственные и временные интересы, чем то внутреннее обязательство, которое возложили на него его особая судьба, особое дарование.

Быть великим - значит дать направление.

Всегда, прежде чем может быть возведено что-то новое, должен быть поколеблен авторитет уже существующего. 

Хороша только полная истина. Полуправда ничего не стоит. 

Могущественные силы, разрушающие города и уничтожающие государства, остаются все же беспомощными против одного человека, если у него достаточно воли и душевной неустрашимости, чтобы победители миллионов не могли подчинить себе одного — свободную совесть.

Гений человека всегда одновременно и его рок. 

О власть с ее взглядом Медузы! Кто однажды заглянул в ее лицо, тот не может более отвести глаз: он остается зачарованным и плененным. Кто хоть раз испытал хмельное наслаждение власти и повеления, не в состоянии от нее отказаться. Как в политике одно меткое слово, одна острота часто воздействует решительнее целой демосфеновской речи, так и в литературе миниатюры зачастую живут дольше толстых романов.  

Лишь сумма преодоленных препятствий является действительно правильным мерилом подвига и человека, совершившего этот подвиг. 

Быть героем — значит сражаться и против всесильной судьбы. 

Нет ничего прекраснее правды, кажущейся неправдоподобной! В великих подвигах человечества именно потому, что они так высоко возносятся над обычными земными делами, заключено нечто непостижимое; но только в том невероятном, что оно совершило, человечество снова обретает веру в себя. 

Все запутанное по самой природе своей тяготеет к ясности, а все темное - к свету.

Книга есть альфа и омега всякого знания, начало начал каждой науки.